Майев Песнь Теней

Майев Песнь Теней Персонаж
Основные сведения
Раса	Ночной эльф
Пол	Женский
Состояние	Жива
Хронологические сведения
	Стражи, Дарнасская нация, Альянс, армия погибели Легиона, Стражи Сна Стражи, Дарнасская нация, Альянс, армия погибели Легиона, Стражи Сна Часовые, сестринство Элуны, Калдорайское сопротивление, Калдорайская империя
	Предводительница Стражей, стражница Предводительница Стражей, стражница Тюремщица Иллидана Ярость Бури, жрица Элуны, исполняющая обязанности верховной жрицы, жрица Луны
Отношения и связи
	Джерод (младший брат), Шаласир (золовка), умершая мать

Она стала воплощением возмездия, а охота за Иллиданом — целью всей ее жизни. Я лишь надеюсь, что в погоне за этой целью она не сотворит еще больше зла, чем Иллидан.
Малфурион Ярость Бури^[3]

Майев Песнь Теней (англ. Maiev Shadowsong) — легендарная ночная эльфийка-стражница и бывшая жрица Луны. Бескомпромиссно преданная справедливости, она принимала участие во множестве ключевых событий, произошедших за последние десять тысяч лет. Майев выросла в древней Калдорайской империи, где впоследствии присоединилась к уважаемому сестринству Элуны, достигнув в нем звания старшей жрицы.^[4]

Во время войны древних, погрузившей мир в хаос, Майев вместе со своим младшим братом Джеродом Песнь Теней сыграла значительную роль в борьбе с демоническим Пылающим Легионом в составе сопротивления калдорай.^[5] Наиболее важная роль Майев проявилась после войны, когда она добровольно возглавила недавно сформированное элитное подразделение, известное как Стражи. Эти ночные эльфы были ответственны за охрану тюрьмы печально известного Иллидана Ярость Бури, и Майев посвятила этому долгу всю свою жизнь.

Спустя тысячелетия Иллидан был освобожден из плена во время Третьей войны. В ответ Майев начала отчаянную и всепоглощающую охоту, чтобы найти Предателя и вернуть его в темницу. Это преследование привело ее через весь Азерот и, в конечном итоге, в разрушенный мир Запределья.^[3] Там она развязала партизанскую войну против Иллидана и его последователей, но была схвачена. Ее месть свершилась, когда она, в компании группы героев, штурмовала Черный храм и убила его хозяина.

После смерти Иллидана Майев вернулась домой, однако чувство долга привело ее к конфликту даже с высшими слоями общества ночных эльфов. Несмотря на это напряжение, Майев оставалась преданной делу защиты мира и своего народа.^[1] Она возглавила своих стражей на Расколотых островах во время третьего вторжения Пылающего Легиона, воссоединившись со своим братом Джеродом. Позднее она приняла участие в штурме Расколотого берега.

В период Четвертой войны и после сожжения Тельдрассила Майев Песнь Теней вместе с большинством своих стражей вернулась в Калимдор. Она участвовала в битве за Темные берега, где командовала войсками Альянса и привела ночных эльфов к успешному отвоеванию Темных берегов у Орды.^[6]

Биография[править]

Война древних[править]

С детства Майев Песнь Теней занималась охотой в лесах вместе со своей матерью.^[7] Ее интерес к клинкам зародился еще до вступления в сестринство Элуны.^[8]

К началу войны древних Майев уже служила в сестринстве Элуны как старшая жрица, в то время как ее брат, Джерод Песнь Теней, занимал пост капитана стражи Сурамара. Семья Песнь Теней не принадлежала к знати, поэтому брат и сестра достигли своих должностей благодаря мастерству и упорному труду.^[9] Перед войной древних Майев служила в храме Хаджири на северо-западе Калимдора. Как и другие сестры, Майев взяла в руки оружие против Пылающего Легиона в самом начале вторжения, присоединившись к сопротивлению под командованием Кур'талоса Гребня Ворона. Когда Тиранда Шелест Ветра была провозглашена новой верховной жрицей, недовольная Майев выступила против, хотя и понимала силу Тиранды. После исчезновения и смерти Маринды, Майев была избрана верховной жрицей по умолчанию. Это вновь свело ее с братом Джеродом, с которым она давно не общалась.

Майев была противницей лидерства Десдела Звездного Глаза, но воздерживалась от действий, опасаясь раскола среди войск. Она призывала Джерода к действию, но брат не прислушивался. После того, как Звездный Глаз пал в «бою», а Джерод был признан командующим войсками, Майев забыла сказать: «Я же тебе говорила». Майев продолжила службу с отличием и неохотно передала пост верховной жрицы Тиранде. Она также участвовала в исцелении раненого Ронина и помогала Джероду в борьбе с демонами. После Раскола она пришла в ярость, узнав, что Иллидан Ярость Бури напал на ее брата и нанес ему ранение. Джерод возглавлял разведывательный отряд на горе Хиджал, где они обнаружили Иллидана за созданием второго Источника Вечности. Возмущенные ночные эльфы поспешили схватить предателя. Во время пленения Иллидана он оказал магическое сопротивление, в результате чего погиб лорд Черный Лес и множество высокорожденных, а остальные (включая Дат'Ремара Солнечного Скитальца и Джерода) впали в кому. Сразу после этого Иллидан был схвачен Малфурионом, и только усилия Тиранды, Шандрисы Оперенной Луны, самой Майев и других жриц обеспечили выживание героев. Разъяренная Майев обнажила оружие и попыталась убить пленного Иллидана, но Тиранда остановила ее, напомнив, что Джерод жив. Джерод предоставил Малфуриону право решать судьбу Иллидана. Прекрасно зная о последствиях безжалостных действий Иллидана, Малфурион решил покончить с братом, одержимым жаждой власти. При поддержке Кенария Малфурион заточил Иллидана в огромной подземной тюрьме-кургане, где тот должен был оставаться в оковах и бессильным до конца времен.

Формирование Стражей[править]

Несмотря на глубокое уважение к Малфуриону, его милосердное решение вряд ли удовлетворило Майев. Она вызвалась присматривать за Иллиданом, чье нападение на собратьев-ночных эльфов стало последней каплей. Большинство ночных эльфов теперь считали его безрассудным и могущественным. Они не забыли его намерение служить Саргерасу и не поверили его клятве, что он сделал это лишь для обретения достаточной силы, чтобы победить Легион. Малфурион согласился, понимая, что ночные эльфы вряд ли осмелятся оставить Иллидана без присмотра на длительный срок. Поэтому он попросил Майев собрать дополнительных добровольцев из сестер Элуны. Вместе Майев и другие жрицы должны были охранять Иллидана и не позволить ему сбежать. Майев подчинилась и основала новую организацию, ставшую известной как Стражи. В качестве лидера группы Майев получила звание стража, которое впоследствии присваивала избранным, доказавшим выдающиеся боевые способности, навыки выслеживания и упорство. Когда однажды ночью Джерод исчез, Майев была удивлена и огорчена тем, что он не сообщил ей о своем предстоящем уходе. В его отсутствие Стражи стали единственными спутниками Майев. Годы превратились в века, а затем и в тысячелетия, и она начала считать Стражей своей семьей.^[9]

Побег Иллидана[править]

После заключения Иллидана основной задачей Стражей оставался надзор за ним. Со временем обязанности Стражей были расширены, включив поимку, заключение и, при необходимости, повторное задержание всех опасных преступников. Эти новые задачи иногда уводили Стражей далеко за пределы родных земель, где они оставались до выслеживания и захвата преступника. Незадолго до начала Третьей войны Майев покинула подземные келья для выполнения одного из таких заданий. Вернувшись, она обнаружила, что Иллидан исчез, а несколько Стражей были убиты. Последующее расследование привело к шокирующему выводу: Тиранда и ее Часовые напали на Стражей и освободили Иллидана. Хуже того, подтвердив худшие опасения Майев, Иллидан превратился в демона. В ярости Майев собрала всех оставшихся Стражей и начала выслеживать Иллидана.^[9]

Вместе со своей заместительницей Наишей Майев преследовала Иллидана по всему Калимдору. С помощью импровизированного отряда сатиров и других существ Иллидану удалось сдержать ее, но, надо отдать ей должное, Майев не теряла его из виду. Наконец, Майев настигла его в бывших провинциальных владениях королевы Азшары, ныне на побережье Калимдора. Там он оставил после себя лишь изуродованные тела и пылающие следы, уничтожив множество рыбацких деревень. Однако Майев обнаружила следы, которые не смогла опознать. Это были наги, заявившие о своей преданности Иллидану. Майев победила их, но была встревожена тем, что они сжигали лодки, предполагая, что Иллидан мог планировать побег через океан. Майев направилась в порт Нендис, где обнаружила Иллидана, поднимающегося на транспортный корабль. Наги начали уничтожать корабли, но Майев убила их прежде, чем они успели завершить свою задачу. Майев быстро нашла несколько транспортных кораблей и увела Стражей через море.^[10]

Вскоре их путешествие было неожиданно прервано на островах, не отмеченных на их картах. Майев знала эти места, так как провела там много времени в прошлом. Расколотые острова оказались остатками Сурамара. Разбив лагерь, Майев обнаружила знакомые ориентиры древнего разрушенного города, включая библиотеку Изаль-Шура и рощу Азшары. Наиша предположила, что город был поднят со дна моря с некой зловещей целью, а Майев отметила, что лишь немногие способны на подобное.^[11]

Майев нашла ответ, встретившись с Драк'тулом, бывшим чернокнижником из клана Бушующего Шторма. Драк'тул пообещал Майев рассказать свою историю в обмен на уничтожение сражающихся призраков его бывших соратников. Майев уничтожила скелетов-орков. Вернувшись к Драк'тулу, она услышала, что он был учеником Гул'дана, чернокнижника, который двадцать лет назад поднял острова, стремясь завладеть силой темного титана. Гул'дан надеялся обрести могущество, но вместо этого он и остальные члены его клана Бушующего Шторма выпустили на волю обезумевших демонов, которые уничтожили всех чернокнижников, кроме нескольких выживших, включая Драк'тула. С тех пор он жил на острове, преследуемый призраками своих погибших товарищей. Майев заявила, что он заслуживает гораздо более сурового наказания за освобождение демонов. Встревоженная этой новостью, Майев заподозрила, что именно гробница Саргераса является целью Иллидана. Пробившись сквозь многочисленные силы наг, Майев и Наиша преследовали Иллидана до самой гробницы.^[11]

Находясь там, Майев изучала магические руны орков, созданные Гул'даном для повествования о его истории. В них постоянно упоминалось «око» — артефакт, который, как предположила Майев, искал Иллидан. Майев и Наиша поняли, что око должно обладать невероятной силой, раз Гул'дан испытывал к нему такой сильный интерес. Вскоре Майев столкнулась с предводительницей наг, леди Вайш, которая заявила, что правосудие ночных эльфов не имеет места на Расколотых островах. Майев спросила Вайш, что та знает об их правосудии, и Вайш ответила, что сама когда-то была ночной эльфийкой, и что взрыв Источника Вечности превратил ее в нагу. Однако Майев испытывала к нагам лишь отвращение и продолжила преследование Иллидана в центральном зале, где он уже нашел Око Саргераса. Поскольку Иллидан был заключен Майев десять тысяч лет назад, он счел, что заточение ее в гробнице (живой или нет) — это наименьшее, что он мог сделать в ответ. Он обрушил на нее зал, прежде чем телепортироваться оттуда. Майев, используя свои способности, телепортировалась через храм, неохотно оставляя свою близкую подругу Наишу и остальных Стражей умирать в темной гробнице.^[12]

Майев сражалась с армией наг, отправив гонца в море с просьбой о помощи к Малфуриону Ярости Бури. На нее напало большое войско наг под командованием Серены Острой Чешуи. После отчаянной битвы гонец скрылся, и Майев поспешила обратно в свой лагерь, чтобы защитить своих Стражей.^[13]

Вынужденное сотрудничество[править]

После тяжелых потерь, понесенных на Расколотых островах к югу от Изаль-Шура, Майев наконец получила подкрепление от Малфуриона, но была недовольна его прибытием в компании Тиранды. Она язвительно заявила, что Тиранда заслуживает заточения в клетке, подобно Иллидану, на что Тиранда резко возразила, что поступает правильно в сложившихся обстоятельствах. Прежде чем конфликт обострился, Малфурион призвал их отложить разногласия и сосредоточиться на текущей задаче — победе над войсками наг под предводительством леди Серпентры. Однако после разгрома наг Иллидан вновь скрылся в море. Три героя немедленно отправились в погоню.^[14]

Они прибыли на берег Серебряного бора в Лордероне. После того, как Малфурион покинул их, чтобы обратиться к лесам, Майев склонилась перед более глубокими познаниями Тиранды об Альянсе. Тиранда встретилась с Кель'тасом, принцем эльфов крови. Узнав об Иллидане, Кель предположил, что это могло быть причиной сильного волнения нежити в Даларане. Майев стремилась немедленно возобновить охоту, но Тиранда желала помочь Келю. Возражения Майев были подавлены, когда Кель согласился помочь им в поимке Иллидана. Две воительницы сопровождали караван Келя в деревню Погребальных Костров, где они внезапно попали в засаду. Кель и Майев наблюдали за караваном через реку, пока Тиранда удерживала оборону на мосту. Когда она призвала звезды Элуны для уничтожения нежити, ярость богини высвободилась. Мост, не выдержав веса полностью бронированной ночной эльфийки, обрушился под тяжестью Тиранды, и ее унесло течением.

Кель уже собирался спасти ее, но Майев остановила его. Она настаивала, что времени мало и Иллидана необходимо остановить, а Тиранда готова принести жертву в случае необходимости. Взамен на помощь в защите каравана Келя она потребовала содействия в поиске демона. Кель помог ей выследить Иллидана до руин Даларана, где они встретили Малфуриона. Тот ощущал, что земля разрывается на части, и видел видение, указывающее на причастность Иллидана. Он подозревал худшее и опасался за судьбу мира. Майев сообщила Малфуриону, что Тиранда разорвана на части, и что его единственный выход — отомстить Иллидану. Майев напомнила Малфуриону, что Тиранда никогда бы не оказалась в Лордероне и не столкнулась бы с предполагаемой смертью, если бы не действия Иллидана, и, следовательно, он несет ответственность. Горе и гнев Малфуриона заставили его полностью сосредоточиться на остановке и наказании брата, как того и добивалась Майев.^[15]

С помощью Кель'таса и паладина Серебряной Длани — Магрота Защитника — Майев и Малфурион оттеснили наг Иллидана от руин Даларана и уничтожили призывателей наг, совершавших заклинания вокруг Ока Саргераса. Загнав Иллидана в угол в окружении ночных эльфов и войск Альянса, Малфурион мрачно заявил брату, что на этот раз тюремного заключения будет недостаточно, и его следует казнить. Майев с готовностью вызвалась привести приговор в исполнение лично. Иллидан объяснил, что его заклинание было направлено не против кого-либо, а против Короля-лича в Нордсколе и его слуг-нежити, которых ночные эльфы, естественно, не жаловали. Его заклинание было нацелено именно на местонахождение Ледяного Трона. Не успокоившись, Малфурион возмутился тем, что Иллидан не учел цену своих действий и что Тиранда погибла по его вине. Иллидан был потрясен этим заявлением, поскольку никогда не желал зла женщине, которую любил, и даже пытался отговорить ее следовать за ним в Лордерон, опасаясь за ее безопасность. Затем, к огорчению Майев, Кель заговорил, заявив, что объявлять Тиранду мертвой преждевременно. Принц эльфов крови объяснил обрушение моста и отсутствие признаков смерти. Малфурион, справедливо разгневанный ложью Майев, схватил ее. С горечью он спросил, кто же теперь является истинным «предателем».^[16]

Освобождение от цепких растений и сбор оставшихся немногих солдат заняли у Майев столько времени, что Иллидан успел спасти верховную жрицу. К тому моменту, как Майев настигла демона, Малфурион и Тиранда уже прощались с ним. Они отпустили его. Иллидан был демоном, ответственным за гибель неисчислимого числа невинных, посеявшим порчу и безумие среди лесных зверей и едва не нанесшим непоправимый вред Азероту. Джерод поручил Малфуриону решить судьбу Иллидана, но Малфурион отпустил демона, поскольку Иллидан спас жизнь Тиранде. Очевидно, Малфурион полагал, что с Иллидана смыта вся пролитая им кровь. Майев не согласилась. Стражи были преданы собственным правительством и исчезли. Если это правительство не отомстит за их смерть, то, по воле Элуны, Майев сделает это сама. Поэтому, когда Иллидан внезапно открыл портал и шагнул в него, Майев и ее воины последовали за ним без промедления. Она знала, что Иллидан высоко ценит свою жизнь и не стал бы сознательно подвергать ее опасности.^[9] Только Малфурион осознавал, кем стала Майев: теперь она была воплощением возмездия.^[17]

Проклятие эльфов крови[править]

Прибыв на другую сторону, Майев оказалась в руинах родного мира орков, Дренора. Вскоре стало известно, что Иллидан прибыл один, оставив своих слуг-наг в Азероте. Значительно уступая в числе, Иллидан обнаружил, что его демонические силы бесполезны против холодного оружия, и его возвращение оказалось относительно легким.^[9] Майев поймала его и заключила в зачарованную клетку, погрузив в магический сон.^[18] Однако, несмотря на поимку Иллидана, Майев не смогла найти способ вернуться домой. Врата, через которые она последовала за Иллиданом, исчезли, и ни один из множества других порталов Запределья не вел на Азерот. География разрушенного мира была ей неизвестна, и она не знала, с какими опасностями им предстоит столкнуться. Майев и ее Стражи осторожно исследовали местность, пока с удивлением не обнаружили солдат Альянса. Эти солдаты были частью Сынов Лотара и находились в крепости под названием Оплот Чести. Майев надеялась, что они помогут ей найти путь покинуть Запределье. Однако прежде, чем Стражи смогли туда добраться, союзники Иллидана начали нападение.^[19] Наги прибыли в Запределье, приведя с собой новых союзников: тех самых эльфов крови, которым Майев ранее помогла спастись от Плети. Майев и ее воины вступили в схватку с нагами и их союзниками-эльфами, но новая армия превосходила их численностью, и в итоге Майев потерпела поражение. Наги и эльфы крови вернули Иллидана и освободили его.^[9]

Запределье[править]

После освобождения Иллидана Майев и ее оставшиеся последователи были вынуждены отступить. Спустя некоторое время после неудачной попытки Иллидана уничтожить Ледяной Трон, Майев связалась с Акамой. Акама, недовольный тем, что не получил обещанный Черный храм, а также из-за дальнейшего осквернения храма под властью Иллидана, осторожно согласился на партнерство. Перед уходом Акама вручил Майев камень для связи на случай экстренной необходимости.^[20] Пока Акама шпионил за перемещениями Иллидана, Майев искала новых союзников для своего дела, завербовав множество молодых дренеев и сломленных из Запределья. По совету Арехрона, Майев разыскала его кузена Алексиса в Шаттрате. Прибыв, Алексис смог предоставить стражнице информацию о различных фракциях города. Используя эти сведения, Майев решила разыскать Алдоров и Ша'тар, избегая при этом контактов с Провидцами. Однако обе фракции в конечном итоге отказали в помощи, будучи заняты другими делами. Хотя Провидцы пытались вступить с ней в диалог, Майев, не доверяя эльфам крови, отказалась даже встречаться с Ворен'талем Провидцем.^[21]

Покинув Шаттрат, Майев приступила к тренировке своих новобранцев. Следующие несколько лет она совершала внезапные рейды на силы Иллидана, получая от Акамы информацию о планах Иллидана, почерпнутую сломленными. Когда Иллидан узнал об измене Акамы, повелитель Запределья подчинил часть души сломленного своей воле. Под командованием Иллидана Акама в конечном итоге обманом заставил Майев привести свои войска в засаду в долине Призрачной Луны, где Майев оказалась единственной выжившей. Затем Иллидан захватил стражницу и заключил ее в темницу.^[22] Майев провела следующие дни, пытаясь справиться с чувством вины за гибель своей армии и одновременно пытаясь понять причину предательства Акамы. Именно в этот момент перед ней появился Акама, и разъяренная Майев набросилась на него. Несмотря на это, Акаме удалось убедить стражницу выслушать его и рассказал, что у него и Иллидана есть на нее планы. Даже после ухода Акамы Майев задумалась над тем, можно ли ему доверять, и потратила время на составление заклинания, которое помогло бы ей поймать Иллидана в ловушку.^[23]

The Burning Crusade[править]

Долгое время судьба Майев оставалась загадкой; многие считали, что она погибла в Запределье.^[9] Однако после открытия Темного портала выяснилось, что она была заключена в Клеть Стражницы в долине Призрачной Луны под охраной Акамы и его пеплоустов-служителей. Она была возмущена тем, что Акама, казалось, просто бездействовал, выжидая момента, в то время как власть Иллидана над Запредельем росла.

Однако Акама тайно выжидал возможности нанести удар по Иллидану. Когда пришло время, он объединился с Майев для свержения Иллидана. С помощью Алдоров и Провидцев они проникли в Черный храм. Майев быстро отделилась от основных сил, чтобы в одиночку преследовать Иллидана. В конечном итоге она нашла его на вершине храма в окружении группы искателей приключений, полностью подвластных ему. Освободив их, она вступила в схватку с Иллиданом, расставляя ловушки, чтобы обезвредить его, и выражая боль, причиненную ей: от десяти тысяч лет, проведенных в охране его темницы, до гибели Наиши, ставшей следствием его действий. В конце, когда Иллидан был близок к смерти, Майев заявила ему, что он побежден. Иллидан возразил, что охотница — ничто без охоты. Поняв правоту Иллидана после своей победы, Майев почувствовала опустошение и подавленность. На мгновение она задумалась о нападении на героев Азерота, но вскоре отбросила эту мысль и покинула вершину.^[24]

Майев немедленно вернулась на вершину, теперь в сопровождении нескольких Стражей. Она забрала тело Иллидана и заключила его в Казематах Стражей, чтобы его темная, томящаяся душа могла отбывать остаток вечного срока, обеспечивая вечную справедливость. Она также заключила его выживших Иллидари вместе с телом в Казематах Стражей, поклявшись никогда больше не позволять оскверненным охотникам на демонов разгуливать на свободе.^[25]

Wolfheart[править]

После смерти Иллидана Майев, ища смысл жизни, покинула Запределье и отправилась в Дарнас, чтобы воссоединиться со своим народом. Несмотря на то, что она бросила Тиранду умирать во время похода в Восточные королевства, Майев было разрешено вернуться в Дарнас. Там она приступила к обучению нового поколения Стражей, некоторые из которых, в частности Нева, ее новая заместительница, были фанатично преданы Майев и ее делу. Когда Малфурион и Тиранда разрешили высокорожденным и воргенам поселиться в Дарнасе, Майев втайне была возмущена. Она презирала высокорожденных за их участие в войне древних, а другие расы Альянса — за то, что они втягивали ночных эльфов в свои дела.

Примерно в то же время ее брат, Джерод Песнь Теней, вернулся в общество ночных эльфов после десяти тысяч лет добровольного изгнания. Видеть стремление брата к уединенной жизни, в то время как он мог бы стать лидером ночных эльфов, было для нее унизительно. Она считала его уединение предательством долга перед народом. Хотя их воссоединение началось с горечи, Майев со временем смягчила свое отношение к брату, когда он выразил сочувствие к ее трудным решениям, продиктованным долгом. Она по-прежнему гордилась Джеродом и даже размышляла о возможности использовать его как пешку в своих планах.

Когда высокорожденный-маг Тера'брин был убит, а его тело обнаружено неподалеку от тренировочной площадки Стражей, это, по-видимому, было сделано с целью обвинить Стражей. Майев предложила свои услуги по расследованию этого дела и привлечению убийцы к ответственности, на что Малфурион и Тиранда согласились. Однако на самом деле она была тайно ответственна за убийства высокорожденных. Майев планировала сначала уничтожить высокорожденных и их предводителей, а затем дать Малфуриону возможность медленно деградировать. По ее мнению, Малфурион был виновен в том же высокомерии, что и его брат-близнец, Иллидан. Она также презирала его за прощение высокорожденных и их возвращение в общество ночных эльфов. Предполагается, что травма, полученная в результате многолетней преданности долгу, в сочетании с пытками, которым она подвергалась в плену у Иллидана, окончательно свела ее с ума. Теперь она страдала манией величия и обманывала себя, считая, что только она может вершить «правосудие» над теми, кого считает виновными. Однако ее способность скрывать это безумие свидетельствует о ее стойкости.

Позднее Джерод Песнь Теней освободил Малфуриона и присоединился к нему в борьбе против Майев и ее Стражей. Джерод отвлек Майев, пока Малфурион спасал высокорожденных, которых Майев намеревалась поймать в смертельную ловушку. Впоследствии Джерод изгнал Майев, не сумев убить собственную сестру. Высокорожденные были спасены, а большинство новобранцев-стражей погибли, хотя их лидер исчезла в ночи. Майев поклялась, что вернет ночным эльфам их былое величие.^[26]

The Tomb of Sargeras[править]

Стремясь найти Гул'дана, Кадгар в конце концов отследил его магическую сигнатуру до Расколотых островов. По прибытии он встретился с Майев Песнь Теней. Узнав о способностях стражницы, он обратился к ней за помощью. Поначалу стражница отказалась помогать Кадгару, так как считала его ответственным за предательство Корданы и не одобряла его безрассудства. Разочарованный, Кадгар отправился на поиски Гул'дана. Однако Майев в конце концов передумала и бросилась в погоню за верховным магом. Она присоединилась к Кадгару, когда он и Гул'дан схлестнулись в магической дуэли.

Работая вместе, они прорвались в комнату и напали на Гул'дана, который, без особых усилий и подпитываемый мощью Кил'джедена, снова и снова отражал их атаки. И все же пара была неумолима. Осознавая необходимость в помощи, Гул'дан позволил своей силе ускользнуть от него и устремиться к порталу, наконец позволив Пылающему Легиону начать третье вторжение в Азерот. Кадгар и Майев были повержены, и Кил'джеден похвалил Гул'дана за его выбор. Теперь Гул'дан получил от Легиона то, чего никогда раньше не получал: их доверие.

Когда демоны начали выходить из портала, Кадгар и Майев бежали, спасая свои жизни. Майев повернула на север, чтобы укрепить Казематы Стражей, а Кадгар, превратившись в ворона, полетел на восток.^[27]

Legion[править]

В начале крупнейшего вторжения Пылающего Легиона на Азерот демоны атаковали Казематы Стражей, стремясь найти заточенное тело Иллидана. Не имея выбора, Майев освободила охотников на демонов, которые годами томились в ее темнице. Совместными усилиями Майев, охотников на демонов и Стражей, оставшихся верными Майев, удалось отразить атаку демонов. Однако было уже слишком поздно: Гул'дан и Кордана Оскверненная Песнь сумели похитить тело Иллидана и покинули поле боя.^[28]

После кражи тела Иллидана, Майев отправилась в погоню и впоследствии пропала без вести. После пленения Майев Сира Лунный Страж возглавила Стражей.^[29] Верные Майев Стражи начали ее поиски на Расколотых островах, к которым присоединился Джерод. Джерод чувствовал себя виноватым, ведь он знал, что Майев никогда бы не совершила убийства, если бы не находилась под чужим влиянием. Однако он не стал проводить расследование, предположив худшее.^[30]

Освободившись из крепости Черной Ладьи, Майев рассказала, что Гул'дан призвал Кур'талоса Гребня Ворона и его солдат для охраны секретов башни, а призрака Десдела Звездного Глаза — для защиты подземелий. Встретившись с Джеродом, она была удивлена, что он нашел ее, несмотря на то, что она пыталась убить его. Джерод велел ей забыть об этом, сказав, что он осведомлен о событиях в Казематах Стражей, и в шутку заметил, что его волосы, к счастью, не поседели. Он поблагодарил Элуну за то, что его сестра осталась жива, и вместе брат и сестра победили Звездного Глаза, который, как и вся нежить в крепости Черной Ладьи, принимал их за демонов.^[31]

Падение Легиона[править]

После опоздания Иллидана на вторую битву на Расколотом берегу Майев съязвила, что ее Стражи выполняют всю работу, пока его охотники на демонов развлекаются со своими сквернотопырями. Это произошло перед тем, как пророк Велен призвал их прекратить спор.^[32]

Постоянно препираясь, Иллидан и Майев совместно добрались до вершины Собора Вечной Ночи, где использовали Эгиду Агграмара. После поражения Мефистрота и активации Эгиды Агграмара появилось эхо Эгвин, Хранительницы Тирисфаля, создавшей гробницу Саргераса. Она сообщила, что это эхо было размещено там на случай ослабления защиты гробницы. Эгвин объяснила, что Столпы Созидания могут восстановить защиту, а глаз Аман'тула — уничтожить бурю Скверны. После того, как герои Азерота отвоевали Собор Вечной Ночи, Майев назначила своих Стражей для охраны его верхних залов.

Майев участвовала в отражении атак Легиона, руководя героями Азерота, а позже оказала помощь в прорыве в гробницу Саргераса.

Battle for Azeroth[править]

После войны шипов, приведшей к сожжению Тельдрассила, Майев, Шандриса Оперенная Луна и Сира Лунный Страж обратились к Андуину Ринну с предложением атаковать Темные берега и отвоевать их у Орды. Однако, поскольку война была сосредоточена на Зандаларе, нагорье Арати и Кул-Тирасе, у Андуина не хватало войск для такой операции. Пока три ночных эльфийки беседовали с Андуином, Тиранда, опередив армию, направилась к Темным берегам, стремясь вернуть их самостоятельно.^[33]^[34] Майев, Шандриса, Сира и один из героев Азерота обнаружили на Зорамском взморье разрушенный корабль Тиранды. На нем находилась книга, описывающая древний ритуал Ночного Воителя — воплощения гнева Элуны.^[35] Этот ритуал считался чрезвычайно опасным, и даже простое наблюдение за ним могло быть губительным. Легенда гласила, что в древности Ночной Воитель использовался ночными эльфами для защиты Калимдора. Никто из тех, кто впоследствии пытался провести этот ритуал, не выжил, так как необузданная сила Элуны разрывала их на части.^[36]

Отправившись на Темные берега, Майев поручила Сире разведать побережье. Тем временем она, Шандриса и искатель приключений отправились в руины Аубердина на поиски Ока Элуны, необходимого для ритуала Тиранды. Хотя Око Элуны уже было захвачено, они оказались в ловушке командира ловчих смерти Бельмонта из Отрекшихся. Майев без труда одолела его войска, прорвавшись сквозь их чуму, и прогнала Бельмонта. Покинув Аубердин и спасая саблезуба Тиранды, Аш'алу, от Орды, они встретились с верховной жрицей в Башал'Аране. Там Тиранда прошла ритуал и выжила, став Ночной Воительницей, мгновенно уничтожив все силы Орды. Тиранда поручила Шандрисе и Майев подготовиться к войне, а сама отправилась сражаться с Натаносом Гнилостенем. В конце противостояния Натанос воскресил Деларин Летнюю Луну и Сиру, погибших всего несколько минут назад, но Тиранда убила одну из валь'кир. После этого Тиранда назначила Майев командовать ночными эльфами на Темных берегах, несмотря на их неоднозначные отношения в прошлом, поскольку будущее их расы находилось под угрозой. Когда Майев спросила Тиранду о судьбе Сиры, та пожелала поговорить с ней наедине.^[36]

По приказу Тиранды Майев командовала войсками Альянса в битве за Темные берега и сражалась с войсками Орды под предводительством Сиры. В итоге она привела их к победе над Ордой, хотя Сире и другим войскам Орды удалось сбежать с поля боя.

Shadows Rising[править]

Спустя некоторое время после падения Н'Зота Малфурион, Тиранда и ночные эльфы обосновались в Нордрассиле. Малфурион и Тиранда игнорировали любые послания молодого короля Андуина Ринна. Осознавая недобрые предзнаменования в мире духов, которые ощущали как Круг Кенария, так и Служители Земли, Малфурион и Тиранда согласились на встречу с Траллом. Условием было присутствие Юхи из Служителей Земли и принесение Траллом должных даров.

Когда Тралл, Бейн Кровавое Копыто и Калия Менетил прибыли на гору Хиджал, их встретили Малфурион, Тиранда, Шандриса Оперенная Луна и Майев Песнь Теней. Встреча была отмечена ледяным, суровым молчанием. Тралл принес официальные извинения ночным эльфам и объяснил стремление Орды к переменам. Шандриса была готова выслушать, однако Майев отказалась рассматривать эту возможность, заявив, что ее удовлетворит лишь смерть Сильваны Ветрокрылой. Она также обвинила Орду в трусливом искажении истории, поскольку сожжение Тельдрассила не было делом рук лишь одного воина. Бейн, в свою очередь, спросил Майев о ее понимании справедливости, задавая риторические вопросы о том, должен ли сгореть Громовой Утес или Оргриммар, умилостивит ли ее смерть невинных, и не породит ли боль лишь больше боли. Тиранда выразила мнение, что их слова о справедливости — пустые обещания. Майев стала свидетельницей того, как Тралл пообещал Тиранде вручить голову Сильваны Ветрокрылой.

Позднее лидеры ночных эльфов получили новое послание от Андуина, сообщавшее, что Орда прислала дар, который должен был стать исполнением долга. В ответ Тиранда, Шандриса и Майев отправились в Штормград, где столкнулись с Сирой Лунный Страж, заключенной в тюрьму. Майев отметила, что жизнь Тиранды была поглощена местью, и, несмотря на отсутствие близких отношений между ними, она не желала, чтобы Тиранда стала такой же. После того, как Тиранда нанесла неглубокий порез на шею Сиры, Шандриса забрала ее клинок. Майев призвала Тиранду проявить милосердие к Сире, которую она считала печальной и побежденной. Затем Тиранда покинула их, оставив Майев и Шандрису для допроса Сиры.^[37]

Shadowlands[править]

Присутствуя в Башал'Аране, Майев стала свидетельницей речи Тиранды о поражении Орды на Темных берегах. Она отметила, что, несмотря на несогласие с методами Тиранды, признает ее лидерство среди ночных эльфов и подчеркивает, что без ее помощи победа была бы невозможна, назвав ее «первым шагом» к возмездию калдорай.^[6]

После поражения Тюремщика Майев сопровождала Тиранду и Шандрису в Орибос для присутствия на суде над раскаявшейся Сильваной Ветрокрылой. Сильвана добровольно приняла приговор Тиранды, и верховная жрица поручила Шандрисе и Майев сопроводить ее к Кольцу Перенаправления.^[38] Тиранда назначила Сильване наказание, начинающееся с очищения Утробы и освобождения всех заключенных в ней душ. Майев размышляла о том, что ее собственная жизнь должна была быть погублена после действий, совершенных во время Катаклизма. Тем не менее, ей был предоставлен шанс исправить причиненный ущерб ради тех, кому она навредила, и она надеялась, что это будет справедливо и для Сиры. Майев не была уверена в справедливости судьбы Сильваны, но верила, что она была заслуженной.^[39]

Dragonflight[править]

Узнав о возрождении демонической порчи в Оскверненном лесу, Тиранда направила отряд Часовых и одну из своих жриц в Джеденар для дальнейшего расследования. Поскольку никто не вернулся, она обратилась за помощью к Стражам. Майев лично согласилась заняться расследованием, одновременно взяв в помощь одного из героев.^[40] По прибытии в Оскверненный лес Майев сообщила своим союзникам, что жрица была отправлена для очищения лунного колодца от порчи, поразившей землю, с целью вернуть утраченное. Затем она поклялась, что они завершат начатое и исцелят лунный колодец.^[41]

Майев, Арко'нарин Звездная Тьма, Лисандер Звездная Тьма и один из героев отправились в Джеденар. Однако их сотрудничество оказалось непростым, поскольку Майев относилась к Лисандеру с пренебрежением из-за своего недоверия к тайной магии. По мере их совместной работы и проявленных Лисандером способностей, ее неприязнь к нему утихла. Узнав, что за возрождением скверны стоит лорд Хел'нурат, повелитель ужаса, группа была встречена им. Хел'нурат заявил, что для него большая честь, что столь прославленная личность, как Майев Песнь Теней, противостоит ему. Майев проигнорировала его слова и заявила, что его конец близок.^[42] После того, как Лисандер сыграл ключевую роль в ее победе над Хел'нуратом, что привело к очищению оскверненного лунного колодца, Майев призналась, что яростно выступала против возвращения практиков тайной магии в общество ночных эльфов. Однако, благодаря действиям Лисандера, она увидела, что они могут стать сильными и стойкими защитниками калдорай. Затем она удивила молодого мага, разрешив ему носить знак защитника. Когда Лисандер высказал мнение, что, по его мнению, мужчинам это не позволено, стражница признала, что даже священные традиции должны развиваться, как и сами калдорай.^[43] Она также заявила, что традиции не должны сдерживать их, а, напротив, определять будущее. Затем она призналась, что позволила собственным предубеждениям сдерживать ее, и поклялась больше так не поступать.^[44]

После этого Майев объявила, что настал день праздника и новых начинаний. Затем она призналась, что брат и сестра Звездная Тьма напомнили ей о том, что калдорай не чужды перемены, и что она иногда забывала, насколько ее народ продвинулся за время ее отсутствия. Она также заявила, что, поскольку Лисандер празднует этот день, заслуги одного из героев тоже заслуживают признания. Таким образом, она отметила, что, несмотря на все испытания, через которые прошли калдорай, преданность героя своему народу оставалась непоколебимой, и он несет в себе честь богини, и должен носить это имя. Даровав ему титул ама'шан, она выразила пожелание, чтобы Элуна и дальше направляла его, а он, в свою очередь, служил вдохновением. Позже Майев сообщила обо всех произошедших событиях Тиранде, которая, последовав ее рекомендации, направила Лисандеру предложение присоединиться к Часовым.^[45]

Стражи Сна[править]

Вместе со многими лидерами Альянса и Орды Майев пришла на помощь Алекстразе, когда на нее напал Фиракк. В последовавшей битве она сражалась бок о бок с Кенарием, Тесс Седогрив, Шандрисой Оперенной Луной и Джеродом Песнь Теней на Огненной котловине. Она была среди тех, кто сражался против Ашендира Лесного Рога.^[46]^[47]

Майев и ее коллеги-стражницы присутствовали на собрании в Амирдрассиле, когда он расцвел на Драконьих островах после смерти Фиракка. Она не осталась в Амирдрассиле после основания Бел'амета, поскольку у нее были гораздо более важные обязанности в Калимдоре и за его пределами.

Личность[править]

Майев — целеустремленная и безжалостная личность, некогда полностью преданная своей главной цели: поймать или уничтожить Иллидана. Почти каждую ее мысль занимала одержимость охотником на демонов; даже тоскливые воспоминания о юности неизбежно возвращались к Иллидану. Она считает свои действия абсолютно оправданными и свою цель праведной, беря на себя личную ответственность за многочисленные потери и неудачи, которые она потерпела только при определенных обстоятельствах. Чаще же она перекладывает вину за свои поражения на других, будь то те, кто не оказал ей должной поддержки, или те, кто критикует ее методы. Майев полагает, что сомнительные методы допустимы для уничтожения большего зла. Она легко поддается гневу и склонна к необдуманным, разрушительным действиям, с большим трудом сдерживая свою жажду мести и сохраняя вежливость перед лицом сопротивления.^[48]

Тем не менее, она необычайно находчива и чрезвычайно эффективна в поимке и противостоянии могущественным противникам, владеющим магией. Она с легкостью одолела нескольких высокорожденных и едва не убила Малфуриона Ярость Бури.^[26] Также ей удалось за считанные секунды захватить нескольких опытных охотников на демонов и заключить их на долгие годы в зачарованные кристаллы в Казематах Стражей.^[25] Ее сила как стражницы, по-видимому, значительно усилена жаждой мести. Являясь бывшей верховной жрицей Луны, она хранит древние знания, неизвестные даже Шандрисе Оперенной Луне, включая темные и запретные аспекты Элуны.^[36]

Любовь Майев к народу ночных эльфов неоспорима, но ее стремление вернуть своей расе былое величие привело к разногласиям с лидерами ночных эльфов. Она проявляет ксенофобские наклонности, полагая, что ее народ ослаб из-за связей с «низшими расами» Альянса и их проблемами. Несмотря на кратковременное сотрудничество с Кель'тасом Солнечным Скитальцем, Майев испытывала особую ненависть к высокорожденным и их потомкам, считая магию в целом чем-то отвратительным и ненадежным. Она была ярой сторонницей запрета магии у калдорай.

Когда Иллидан был освобожден после стольких тысячелетий, казалось, что вся ее жизнь прошла напрасно. Ее главной целью стало удержание его в заточении. Майев была почти сломлена.^[49] Долгое время она считала, что Тиранда Шелест Ветра предала ночных эльфов из-за своей роли в освобождении Иллидана. Также, по-видимому, она стала считать Малфуриона не намного лучше его брата.^[50]

Однако отношения Майев с Малфурионом, Тирандой, Джеродом и даже Мордентом Вечерней Тенью и воргенами, похоже, значительно улучшились после Четвертой войны. Благодаря ее Стражам удалось успешно защитить Тиранду от сил Орды во время ее ритуала Ночного Воина в Башал'Аране,^[36] и она открыто сотрудничала в битве за Темные берега. Мордент даже признал ее своим «командиром».^[51]

Майев категорически отвергает любые сравнения между собой и Иллиданом. Однако несколько персонажей, лично сталкивавшихся с обоими, отмечали поразительное сходство их взглядов и методов. Наиболее яркими примерами этого были Акама и Малфурион. Хотя она, по-видимому, сохраняет недоверие к Иллидану и его охотникам на демонов, она, тем не менее, достаточно прагматична, чтобы освободить их и сражаться вместе с ними перед лицом экзистенциальной угрозы.^[52] Она также сыграла важную роль в проникновении в гробницу Саргераса.

Цитаты[править]

Warcraft III[править]

Возвращение наг: Следы свежие, но ведут они в разных направлениях. Должно быть, кто-то пришел на помощь Иллидану.; Разделитесь на два отряда и прочешите лес. Мы пройдем дальше вдоль берега и будем ждать вас.; И запомните, сестры: если вы столкнетесь с Иллиданом, не пытайтесь задержать его без нашей помощи. Он слишком опасен.; Наг? За прошедшие века немало тварей, подобных вам, пыталось угрожать нашему народу. И где они теперь?; Нельзя позволить Иллидану снова ускользнуть от нас! Мы должны перебить наг, пока они не сожгли все корабли.; Вторжение Легиона принесло им немало бед. Увы, их уже не спасти.; Давайте покончим с этим. Мы найдем это несчастное создание... и убьем его.; Видимо, здесь постарались новые союзники Иллидана. Кем бы они ни были, кровожадности им не занимать.; Значит, Иллидан приказал вам задержать наш отряд? Вам, сатирам? Плохи его дела.; Эти несчастные тоже мертвы. Иллидан ответит за все. Когда я доберусь до него, он пожалеет, что не остался в своей камере.; Не знаю... Наверное, он уже вышел в море. Быстрее, сестры! К северу отсюда — порт Нендис. Там мы сможем раздобыть корабль и продолжить поиски Иллидана.; Иллидан был здесь, я это чувствую. Но эти следы не похожи на следы известных мне демонов. Будьте начеку, сестры. Мы не знаем, что за ужасные создания сражаются на стороне Иллидана.; Иллидан силен, и сомневаться в этом не приходится. Он овладел силой черепа Гул'дана. Теперь он не эльф и не демон, а нечто большее.

Расколотые острова: Я так и знала. Должно быть, эти острова возникли совсем недавно.; Эти развалины, Наиша... Я узнаю их.; Когда-то здесь был великий город Сурамар. Его построили еще до того, как наша цивилизация скрылась в морской пучине десять тысяч лет назад.; Это возможно, хотя в нашем мире почти не осталось тех, кто владеет такой сильной магией. Как бы то ни было, над этой загадкой мы поразмыслим позже. Пока нам необходимо разбить лагерь в глубине острова. Отдохнув и восстановив силы, мы продолжим поиски Иллидана.; Роща Азшары. Когда-то здесь росли огромные тополя, один вид которых вселял в душу мир и покой. Теперь же они уничтожены — как все надежды и мечты того поколения.; Я помню это место. Когда-то здесь находилась великая библиотека Изаль-Шура. Но в ней уже не осталось знаний... лишь призраки, скорбящие о славном прошлом.; Наги! Осторожнее, сестры. Никто не знает, что они для нас приготовили.; Наги! Само их существование противно природе!; Это, должно быть, те самые духи, о которых говорил старый орк! Видимо, они до сих пор переживают свою последнюю битву. И каждый из них так же неистов и жесток, как при жизни.; Мертвые больше не станут тебя беспокоить, старик.; Саргераса? Того самого, который создал Легион?; Какая печальная и поучительная история. Напрасно я упокоила призраков. За то, что вы здесь натворили, ты заслуживаешь куда худшей участи, чем их общество.; Однажды мы уже заточили Иллидана под землю. И я сделаю это снова.; Поторопимся, сестры! Иллидана нужно остановить любой ценой!

Гробница Саргераса: Это неважно, Наиша. Если Иллидану удастся найти то, что он ищет... Постой-ка. Смотри!; Ты заплатишь за все, Иллидан! Я заберу тебя обратно в темницу.; Странно. Это орочьи руны. Они были начертаны рукой Гул'дана двадцать лет назад, когда он впервые открыл гробницу.; Очевидно, он записал историю своих странствий по гробнице.; Никто не знает, что за силу Гул'дан и его приспешники пробудили в этом проклятом месте. Нам следует быть осторожнее.; Снова руны Гул'дана. Интересно... Это продолжение истории чернокнижника.; Несомненно, могущественный артефакт. Если он так привлекал Гул'дана, должно быть, его сила очень велика.; Да. Похоже, он писал второпях. Здесь говорится...; Дальше руны обрываются. Не могу даже вообразить, с чем столкнулся Гул'дан в последние мгновения жизни.; Странно. Это статуя Азшары, великой королевы древних времен. Именно она погубила наш народ, связавшись с Саргерасом и его Пылающим Легионом. Только... я не припоминаю, чтобы у нее был хвост.; Сила Саргераса... Ты хочешь заполучить ее!; Ты сошел с ума!; Проклятье! Я должна вернуться к шан'до Малфуриону и рассказать ему о предательстве брата. У меня достаточно сил, чтобы уйти отсюда, но боюсь, вам не спастись.; Я никогда не забуду вас, сестры. Клянусь, Иллидан дорого заплатит за вашу гибель!; Не знаю, Наиша, но от этой статуи кровь стынет в жилах.; Гул'дан привел их прямо в объятия смерти. Неудивительно, что они до сих пор горят жаждой мести.

The Burning Crusade[править]

Все кончено. Ты проиграл.

Наконец-то моя долгая охота завершилась. Сегодня свершится правосудие.

Он прав. Я ничего не чувствую... Я — ничто...

Legion[править]

Гул'дан не мог сам сюда пробраться. Кто-то из Стражей предал меня!

Мне нужна помощь, чтобы остановить Гул'дана. Освободи других иллидари!

Спасибо тебе! Я и не надеялась, что меня спасут. А где мой брат?

Братик... Ты пришел за мной. После того, как я...

Ты прав, брат: у нас есть заботы и поважнее. Пойдем. Звездный Глаз ответит за все.

Этот негодяй командует тюремщиками. Он заплатит за свои злодеяния!

Мои доспехи и оружие...

Займись другими делами, но помни, что скоро нас ждет встреча с лордом Гребнем Ворона.

Иллидан! Когда он научится думать головой?

Мы вступили в бой с демонами на первом этаже. Нужно установить Эгиду в башне, пока наши потери не стали невосполнимы.

Ты уж прости, если тебя заденет моя глефа, Иллидан. Демонов будет слишком много, а тебя от них не отличить!

Хранительница?! Но как?

Ну и бардак тут устроил Иллидан! Готовьтесь... сейчас будем прорываться.

Что, думал убежать от меня, Иллидан? Только попробуй, и я надену на тебя ошейник.

Dragonflight[править]

Дары земли помогают нам справиться с любой болью. А держась за нее, ты никому ничего не докажешь.

Игла остротерна донесет краску до кожи — так же, как ты понесешь бремя своего нового долга.

Мы очистили колодец, а эти воды очистят твой дух.

Распускающиеся цветы лотоса окрасят метку цветом, а в тебя вселится новая решимость.

Герой... Вопреки всему, через что мы прошли, твоя преданность своему народу не ослабла.

Пусть Элуна направляет тебя, а твои деяния продолжают вдохновлять нас всех.

Твои подвиги чествуют богиню. Пусть твое имя говорит о ее признании.

Заметки и мелочи[править]

Во время своего первого визита в гробницу Саргераса Майев нашла Сферу Теней. Неизвестно, сохранилась ли она у нее.
Ее оружие — серповидный клинок теней.
Однажды Майев Песнь Теней бросила в даларанский фонтан серебряную монету, на которой было написано: «Где же Иллидан?».
Майев, возможно, не самая уравновешенная личность на Азероте, но она понимает ценность запугивания своих врагов.^[53]
Способность Майев использовать телепортацию на короткие расстояния передалась ей от Элуны.^[54]
В Азшаре был храм, известный как святилище Песни Теней. Неясно, какое отношение он имел к брату и сестре Песни Теней, если вообще имел.
По иронии судьбы, имя Песнь Теней — одно из случайных имен охотников на демонов в Warcraft III.
На протяжении всего своего появления в играх серии Warcraft и на официальных изображениях, вплоть до дополнения World of Warcraft: Legion, Майев всегда представала перед игроками в шлеме. Исключение составил момент в книге Wolfheart, где она сняла шлем.